Мадмуазель, мистер Трефри велел мне держать язык за зубами. Но мне-то вы можете сказать, Доминик. Барби ничего не поймет. Вам, пожалуй, мадмуазель, - сказал Доминик тоном человека, примирившегося со своей судьбой. Ведь вы сейчас же забудете обо всем, что услышите. Мой хозяин плох, у него ужасно болит здесь, у него кашель, он совсем плох, совсем плох. Девушку охватил страх. Мы ехали всю ночь, - продолжал Доминик. Утром мы приехали. Сеньор Гарц пошел по вьючной тропе; он доберется до Италии... он уже в Италии. А мы остановились в Сан-Мартино, хозяин лег спать. Мы вовремя добрались, и то я еле раздел его, так у него распухли ноги.